Джон Дальхизен: «Учитывая сегодняшний климат для деятельности гражданского общества в России, объяснения возможны какие угодно» - сообщает Голос Америки.

Офис российского отделения международной правозащитной организации Amnesty International в Москве опечатан, а замки в нем заменены после очевидного взлома дверей.

Об этом в социальной сети Facebook сообщил глава российского отделения Amnesty International Сергей Никитин.

Он также опубликовал фотографии опечатанных дверей, на которых видно, что вход в офис организации заклеен бумагой с печатями Департамента имущества правительства Москвы, а прежние замки выломаны и лежат на полу.

Активист Amnesty International Иван Кондратенко сообщил в той же соцсети: «Все наши компьютеры, бумаги, личные вещи – все осталось там, за закрытыми дверьми. Судя по всему, приходили рано с утра – аккумуляторы для компьютеров только что перестали пищать, электричество отключено. Написано, что нужно обращаться в департамент городского имущества Москвы с письмом, чтобы вывести вещи. Никакого письма, уведомления, даже звонка – ничего не было. Amnesty арендовала здесь офис больше двадцати лет».

По словам Кондратенко, он и его коллеги пытались связаться с департаментом имущества Москвы, «но и там пока что ничего не знают».

«Мы платили по счетам аккуратно все двадцать лет – это был первый и пока что единственный офис Amnesty в России» – добавил Кондратенко.

Медиа-менеджер Amnesty International по Европе и Центральной Азии Александр Артемьев подтвердил Русской службе «Голоса Америки», что помещение организации в Москве опечатано.

Он рассказал, что там заменены замки и сигнализация, а чиновники из московского правительства пока не предоставляют никаких объяснений произошедшего.

Случившееся прокомментировал директор Amnesty International по Европе и Центральной Азии Джон Дальхизен. «Мы не знаем, что побудило власти Москвы лишить наших сотрудников доступа в наш офис – это печальный сюрприз, о котором мы не были предупреждены заранее», – подчеркнул он.

«Учитывая сегодняшний климат для деятельности гражданского общества в России, возможны какие угодно объяснения, – продолжал Дальхизен. – Однако делать выводы еще рано. Мы работаем над тем, чтобы ситуация разрешилась как можно скорее, и очень надеемся на то, что возникновение этого препятствия в нашей работе объясняется простыми административными причинами».